Несмотря на то, что потребление нержавеющей стали в России все еще в разы отстает от уровня развитых стран, за последние пять лет наблюдается устойчивый рост использования нержавейки. Так, например, если в 2000 году емкость российского рынка нержавеющей стали оценивалась приблизительно в 100 тысяч тонн, то в 2005 году многие специалисты прогнозируют объемы в 250–300 тысяч тонн. Более 50% продоваемой в России нержавеющей стали — это импортные стали марок AISI 304 и AISI 321, преимущественно, европейских производителей (Arcelor, Acerinox, Outokumpu).
Основным производителем нержавеющей стали в России является Челябинский металлургический комбинат (ЧМК), входящий в стальную группу «Мечел». По собственным данным этой компании, доля ЧМК на рынке нержавеющего проката составляет 32–39%. Несмотря на рост потребления нержавейки в России, доля «Мечела» на этом рынке из года в год падает (2003 г. — 39%, 2004 г. — 32%). По оценкам специалистов металлоторговых компаний и крупных потребителей нержавеющего проката, основная причина снижения доли «Мечела» кроется в крайне низком качестве выпускаемого проката. По химическому составу и по механическим свойствам продукция «Мечела» вроде бы является аналогом импортного, но, если посмотреть на качество поверхности (особенно холоднокатаного листа толщиной 0.5–3 мм), то любой потребитель отдает предпочтение импортному листу, даже если последний будет стоить несколько дороже отечественного. Производители торгового, пищевого, химического оборудования, не говоря уже о производителях «ширпотреба» (моек, кастрюль и другой столовой посуды), сделали свой выбор, увы, не в пользу отечественного производителя. Да и кому же захочется изготавливать продукцию из заведомо некачественного материала? Применение же импортных сталей позволило машиностроителям производить востребованную и качественную продукцию, начиная от товаров народного потребления и заканчивая сложным химическим оборудованием, скоростными вагонами для железнодорожной трассы Москва — Санкт-Петербург. В результате даже зарубежные компании стали более охотно приобретать продукцию российских машиностроителей. Совсем недавно одна финская компания разместила заказ на производство оборудования для целлюлозно-бумажной промышленности на одном из петербургских предприятий только потому, что это предприятие давно перешло на использование импортной нержавеющей стали. Крупнейшее хранилище для калийных удобрений в петербургском порту также было построено с использованием профильного листа AISI316 толщиной 0.5 мм. Вряд ли бы «Мечел» взялся за выполнение подобного заказа.
Но на роль «бывшего лидера» ЧМК соглашаться не собирается. И если нет успехов в работе над повышением качества проката, если нет желания инвестировать средства в модернизацию производства, то появляется желание побороться за рынок объемом $200 миллионов в год (по некоторым оценкам, объем рынка достигает $400–500 млн.) методом включения административного ресурса. Именно поэтому в конце лета 2004 года и появился запрос ЧМК в МЭРТ, в котором металлургамии «Мечела» высказывается «беспокойство о занижении внутри России цен на нержавеющий прокат производства европейских концернов, поставляемый на российский рынок». Как заявили представители ЧМК, из-за ценового давления со стороны зарубежных производителей уровень рентабельности продаж нержавеющей стали сократился на 30.4%. На основании данного запроса, МЭРТ приняло решение о проведении первого в истории России антидемпингового расследования в области металлургии в отношении стран ЕС — до этого расследования и санкции, наоборот, применялись в ЕС в отношении российских металлургов.
Насколько же реален демпинг европейских производителей? И есть ли вообще серьезное основание проведения такого расследования? Все это очень напоминает о борьбе отечественного ВАЗа с «иномарками», которых год от года становится все больше на российских дорогах. Как ни вводили запредельные пошлины на ввоз импортных автомобилей — объем продаж иномарок неуклонно рос, а отечественные «Лады» и «Волги» лучше не становились. Так стоит ли поддерживать «производителя-халтурщика» только за то, что он отечественный? Кстати, хоть «Мечел» и подал заявление «от имени российских производителей», большинство металлургических холдингов («Северсталь», НЛМК и ММК) деятельностью европейских производителей в России не обеспокоены.
По словам представителей этих комбинатов, они не занимаются производством проката из нержавеющей стали в объемах, которые имеют значение для торговли на внутреннем рынке. А выпускает ли «Мечел» нержавеющий прокат по европейским стандартам? Да нет, конечно. В сертификатах завода указано соответствие ГОСТ 5582-75, а проделать работу по улучшению качества поверхности, чтобы в тех же сертификатах писать «AISI 304» или «AISI 321» специалисты комбината или не могут, или не хотят. Так значит, речь идет о продукции, которая в России просто-напросто не производится? Способен ли вообще «Мечел» производить лист с зеркальной или декоративной поверхностью? Кто из российских комбинатов производит уголок или профильную трубу из нержавеющей стали? Возникает еще один законный вопрос: а стоит ли вводить фактически запретительную 120-ти процентную пошлину на продукцию, которую, пока, к сожалению, отечественный производитель производить не способен? Или «нам «ихнего» не надо — Будем пить чай с хлебом, а не с шоколадными конфетами»? Запрет на импортную нержавейку сильно смахивает на запрет «буржуазной кибернетики». Кстати, немного истории: в так называемые «застойные годы» объем импорта нержавеющей стали из Европы был в два раза больше нынешнего. Похоже, что «застойные» экономисты понимали лучше современных тот факт, что потребление нержавеющей стали — один из основных параметров, характеризующих уровень экономического развития государства.
Теперь два слова о ценах. Возьмите в руки любой номер приложения к журналу «Металлоснабжение и сбыт» и посмотрите на цены предложения отечественной стали 12Х18Н10Т и импортной AISI 321. Вы увидите, что эти предложения сравнимы, а цены на импортную сталь, как правило, на 2–3 тыс. рублей за тонну выше, чем на отечественную. Так где же тогда здесь демпинг? Может быть, дело вовсе не в демпинге, а в «серых» импортных схемах, когда занижается таможенная стоимость товаров с целью минимизации таможенных платежей? Тогда нужно не антидемпинговое расследование проводить, а наводить порядок на таможне. Всем давно известно, что импорт в Россию «серый» на 80%. Кто же в таких условиях захочет стать «белой вороной»? Очевидно в этой ситуации следующее: запретительная 120-ти процентная пошлина переведет импорт с «серого» на «черный». В такой ситуации государственный бюджет не досчитается еще больше средств, таможня станет более коррумпированной, а импорт еще более криминальным. Вряд ли выиграет и «Мечел». Своей основной цели — устранения с российского рынка европейских конкурентов, он не добьется.
Да и не совсем правильно говорить здесь о конкуренции. Как говорилось выше, у «Мечела» и европейских производителей совершенно разная продукция и разные ниши на рынках. Если бы вопрос был только в цене, а не в качестве, «Мечел» завоевал бы российский рынок еще в 1998 году, после августовского кризиса. Но этого не случилось, хотя в тот период себестоимость продукции российских металлургов была в 3 раза ниже европейских.
Мировое потребление нержавеющей стали ежегодно растет на несколько процентов. Ведущие производители удваивают свои мощности (Outokumpu, Acerinox). Если «Мечел» научится производить нержавейку по стандартам AISI, его ждет перспектива интеграции в мировую экономику. В противном случае, комбинат так и будет производить не более 60 тыс. тонн плоского нержавеющего проката (при имеющихся мощностях для производства 300 тыс. тонн) и удовлетворять нужды отечественного военно-промышленного комплекса, где использование импортных аналогов затруднено из-за сложностей пересогласования технической документации.
Впрочем, кое-какие шаги «Мечела» в области улучшения качества нержавеющего проката стали достоянием гласности. Комбинат разместил крупный заказ на горячекатаные рулоны у европейского производителя «Arcelor». Но если челябинские металлурги рассчитывают изготовить из импортного подката более качественный холоднокатаный лист, то запрос «Мечела» в МЭРТ просто алогичен. Или левая рука не знает о том, что делает правая? Ведь запретительная пошлина поставит крест и на этой программе. Воистину, «рубим сук, на котором сами сидим».
Так стоит ли губить целые отрасли отечественной промышленности в угоду одному частному концерну? Ответ на этот вопрос сможет в ближайшее время дать только МЭРТ.
Богданов С. А.,
Генеральный директор
Компания «Ферромет-Инвест».
» 
» 
» 
» 
» 
» 
» 
» 
» 
» 
»